Газета «Возьми меня» 29.06.2000г.

По мнению специалистов, в семье наркомана есть своеобразная созависимость, которая проявляется в том, что вся семья начинает смотреть на мир глазами человека с больной психикой. Для наркомана важно, чтобы рядом был “деформированный мозг”. В Днепро­петровской областной ассоциации помощи страдающим от наркомании внимание сосредоточено прежде всего на матерях наркоманов.

— Сын мне потом так и сказал: “Наркоман существует до тех пор, пока рядом с ним находятся лохи”, — вспоминает Нина Александровна. Сейчас ад наркотического забвенья для ее 26-летнего Лени, слава Богу, позади. Но прежде, чем это произошло, они всей семьей в течение почти семи лет прошли семь кругов настоящего ада.

— Долгие годы я практически не снимала темные очки, — призна­ется Нина Александровна, — потому что мои глаза всегда были заплака­ны. И когда я впервые в этих очках пришла к президенту Ассоциации Леониду Сауте, он у меня спросил: “Деньгами сына вы обеспечиваете? За квартиру вы платите? Что ж, про­должайте в том же духе, только знайте, что вы поддерживаете труп”. Я на него ужасно обиделась. Снова расплакалась и ушла. Но спустя три дня я уже была у него в кабинете — поняла, что он прав.

МАМЫ ЛЕЛЕЮТ В ДЕТЯХ МАНИЮ ВЕЛИЧИЯ

В первую очередь, именно мама и папа и становятся теми са­мыми “лохами”, которых легче все­го обмануть и подчинить своим интересам. Ни одна нормальная мама не сможет наблюдать, как страдает ее ребенок, и, соответ­ственно, готова идти на любые дей­ствия ради облегчения, как ей ка­жется, этих страданий.

— Ты просто затылком чув­ствуешь, какие надо приготовить аргументы, чтобы вытянуть из ро­дителей деньги на новую, увеличен­ную дозу. Ты будешь говорить, что всё, это финал, это последняя доза в твоей жизни, и подобное больше никогда не повторится. Хотя сам будешь знать, что это заведомая ложь, — признается Леня, бывший наркоман, теперь — социальный ра­ботник Ассоциации помощи стра­дающим от наркомании.— Конечно, когда мама пере­стала меня поддерживать матери­ально, я воспринял это, как преда­тельство с ее стороны. Были страш­ные ссоры, выяснения отношений, угрозы с моей стороны. Но потом я понял, что передо мной захлоп­нулась бронированная дверь. Нет, мама великое дело совершила.

— На самом деле мамы помо­гают наркоману, а не своему ребен­ку, — говорит врач-психиатр Сергей Рокутов, вице-президент Ассоциа­ции. — У нас был случай, когда мама молодого человека, после беседы с нашими специалистами, наконец взяла себя в руки и перестала по­могать сжигать жизнь сыну-нарко­ману. Он пришел к ней зимней но­чью и отчаянно просил пустить его домой — из-за долгов он не мог сни­мать квартиру. Целую ночь он бук­вально скребся в дверь, и у нее хва­тило силы воли совладать со свои­ми эмоциями. Они так и плакали всю ночь — только по разные стороны этой двери. Она понимала, что сын может просто замерзнуть в хо­лодном подъезде, но крепилась из последних сил. И парень понял, что отныне его никто не накормит, не обогреет, не даст денег — не говоря уже о наркотиках — на первостепен­ные нужды. А ведь он каждый день элементарно хочет есть! И что бы ни говорили наркоманы, они хоро­шо подумают, прежде чем украсть что-либо — в тюрьму идти не очень- то хочется. Сейчас ее сыну удалось преодолеть наркозависимость.

Как известно, собирательный портрет сегодняшнего наркомана выглядит более чем респектабельно. В большинстве своем — это дети из обеспеченных семей. Многие — что называется “маменькины сынки”, которые не нашли признания в об­ществе — ведь мир создан, чтоб удов­летворять их желания. А мир далек от этого. Только мама по-прежнему лелеет в них “манию величия”. В свою очередь, наркотики еще боль­ше усугубляют чувство собственной исключительности. Кстати, зару­бежным докторам, специализиро­вавшимся в днепропетровской Ас­социации, многие реалии жизни современных наркоманов — наших со­отечественников — так и остались не­понятными. Нарколог из Америки никак не могла постичь простой ис­тины: как человек, спускающий ко­лоссальные суммы на зелье, может жить лучше школьной учительницы, которая каждый день ходит на ра­боту?! У них все не так.

«Я КАЖДОЕ УТРО ВЕЗЛА СЫНУ ОДНОРАЗОВЫЙ ШПРИЦ — ЧТОБЫ ОН НЕ ЗАБОЛЕЛ СПИДОМ»

Огульно обвинять матерей тоже нельзя — считает психолог Нелла Хорошилова: “Каждая из них просто-напросто пытается по­мочь своему ребенку. Другое дело, что она не знает, как это сделать, а потому только усугубляет его страдания”.

— Я обожаю своего сына, — го­ворит Нина Александровна, — и ког­да он кололся, в нашей семье дохо­дило до того, что я каждое утро вез­ла ему одноразовый шприц — чтобы он, не дай Бог, не заразился ВИЧ.

Неоднократно врачи сталки­вались с такой проблемой: мама осознавала, что занимала неправильную позицию по отношению к своему больному сыну или дочери, но впоследствии, видя страдания родного человека, не выдерживала новой линии поведения, которую ей предлагали выработать психо­логи и психиатры. И все возвраща­лось на круги своя.

Каждый “завязавший” нар­коман — это стопроцентный резуль­тат. А особенно для матери”, — го­ворит Леонид Александрович.

Но убедить человека отка­заться от наркотиков — только по­ловина дела. Потому что в новом — трезвом — мире их подстерегает мас­са неприятных неожиданностей. Безработица и безденежье — со все­ми вытекающими отсюда последствиями. Саута с коллегами преду­смотрел и этот нюанс. Еще когда его метод лечения проводился в по­рядке эксперимента, он создал при Ассоциации предприятия, дающие рабочие места реабилитированным наркоманам. Работа в парикмахер­ской, цехе по переработке семечек придавала жизни ребят новый вкус и ощущение стабильности.

У метода лечения Леонида Сауты есть как масса сторонников (в основном сами бывшие пациен­ты и их родственники), так и масса недоброжелателей. Впрочем, для Леонида Александровича важно одно: чтобы люди знали — наркома­ния преодолима. При триумвирате “наркоман — семья — врачи”. И, по­жалуй, здесь сложно выделить — кому же из троих достанется гла­венствующая роль в преодолении этой ужасной проблемы.

Татьяна Городецкая

Газета «Возьми меня» 29.06.2000г.